Поиск по сайту:




















Бартошевич В. В. Неопубликованный проект памятной медали на освобождение Москвы в 1812 году

События Отечественной воины 1812 года и последовавших за ней заграничных походов русской армии 1813-1814 гг. первоначально нашли отражение не столько в выпуске российских медалей, который на первых порах был довольно скромным, сколько в создании разнообразных и по тем или иным причинам неосуществленных медальных проектов. В 1814 г. проект медали, посвященной русским войскам, вступившим в Париж, опубликовал П. Галахов. В 1816 г. академик И.А. Шилов создал не получивший утверждения медальон в память рескрипта Александра I председателю Государственного совета и Комитета министров графу Н.И. Салтыкову о вторжении французской армии в пределы России и начале войны 1812 года. В 1817 г. президент Академии художеств А.Н. Оленин издал целую серию проектных рисунков медалей на события 1812-1816 гг.. Для истории русского медальерного искусства неосуществленные проекты, созданные современниками 1812 г. по горячим следам событий, важны с той точки зрения, что они характеризуют масштабы и содержание периода интенсивных начальных поисков и проб, который длился более пяти лет – вплоть до издания в 1818 г. одобренных Российской академией и Академией художеств проектов медальонов Ф.П.Толстого, единодушно получивших самую высокую оценку и завершивших это стихийное творческое состязание.

В РГИА нами обнаружен еще один медальный проект, вызванный Отечественной войной 1812 года. Он был задуман и выполнен в конце 1812 или самом начале 1813 г. и, таким образом, является самым ранним из всех до сих пор известных. Автор его – медальер Петербургского Монетного двора Я.Я.Рейхель5. Спроектированная им в двух вариантах медаль посвящена освобождению Москвы от французов. Проектные рисунки и относящаяся к ним переписка собраны в отдельном деле, озаглавленном: «Дело о медали на освобождение Москвы от неприятеля в 1812 году» 6.

Очевидно, сначала Рейхель создал и предложил вариант, представленный на рис. 40 7. На одной стороне медали он поместил древнерусского воина в кольчуге и легких доспехах, который попирает ногой поверженного врага, а руками поднимает стоящую на коленях женщину с градской короной на голове и прижатым к груди крестом. Аллегория ясна: воин олицетворяет русскую армию (министр финансов Д.А. Гурьев объяснял, что в этой фигуре следует одновременно видеть архистратига Михаила, однако созданный Рейхелем образ ничем не напоминает архангела), поверженный враг – разбитых французов (по объяснению Гурьева, это «чудовище – эмблема лютости неприятелей»), а поднимаемая с колен женщина – Москву. В легенде (круговой надписи) приведены слова апостола Павла «Верою обратиша в бегство полки чуждих», в обрезе надпись в три строки «Москва освобождена октября 11 дня 1812 года». На другой стороне изображены русский двуглавый орел с гербом Москвы на груди, мечущий молнии (перуны), и легенда «В царствование императора Александра I». В деле имеется также законченный тушеванный рисунок этой стороны медали без легенды, но с оставленным для нее свободным полем8 (рис. 41).

По-видимому, такое решение медали, при котором отсутствовало традиционное изображение «августейшего» монарха и даже имя императора называлось лишь в той связи, что освобождение Москвы произошло в его царствование, для министра финансов Д.А. Гурьева – искушенного царедворца, поднаторевшего в искусстве угодничества, – должно было показаться неудачным. Очевидно, в связи с этим Рейхель подготовил второй вариант (рис. 42) 9. Одна сторона медали оставалась такой же, с самыми незначительными изменениями в деталях рисунка, а на другой вместо орла помещены были, как и на многих других медалях того времени, подгрудный профильный портрет Александра I и надпись: «Б.М. Александр I император и самодерж. всеросс.». На этом рисунке Гурьев поставил свою министерскую подпись.

В феврале 1813 г. (на документе указан только месяц и оставлено место для числа) подготовлен был проект докладной записки Гурьева Александру I. На утверждение императора предполагалось представить рисунок медали с его портретом, а как дополнительный вариант – с изображением орла и надписью «В царствование императора Александра I»10. Имя автора проектных рисунков при этом не называлось.

Однако послать царю проект медали без его портрета Гурьев не решился даже в виде дополнительного варианта. В окончательном тексте докладной записки, датированном 6 марта 1813 г., вариант без портрета не упоминается совсем. Министр финансов писал: «Известный по отличному своему искусству медальер Рейхель, при С.-Петербургском Монетном дворе находящийся, составил ныне на освобождение Москвы от французов следующий проект медали <…>» – и после подробного описания варианта с портретом указывал, что «<...> – находя со своей стороны, что освобождение столицы Российской империи от французов, верою и мужеством совершившееся, принадлежит к числу тех знаменитых событий, кои достойны быть преданными потомству не изустно только или письменами, но и особенными памятниками, и признавая проект, медальером Рейхелем составленный, совершенно сему происшествию приличным», – представляет его на «благорассмотренние» императора, «всеподданнейше испрашивая, не благоугодно ли будет повелеть приступить к вырезке и к тиснению самой медали» 11.

Через несколько дней, 17 марта, Гурьев отправил санкт-петербургскому почт-директору Н.И.Калинину адресованные Александру I, находившемуся тогда в действующей армии, пакет со своей докладной запиской и ящик «с рисунком медали, на стеклянной композиции сделанным», прося «приказать сделать распоряжение об отправлениях сих вещей к Его Императорскому Величеству с надлежащею о сбережении рисунка осторожностью»12. Из сохранившихся в деле хозяйственных документов видно, что приняты были все меры, чтобы представить рисунок в наилучшем виде и обеспечить его сохранность в пути: он был вставлен «в деревянную вызолоченную раму за стеклом», раму обтянули полотном, обшили войлоком и упаковали в «ящик из дубового дерева столярной работы», который тоже был обвязан войлоком и затем обклеен клеенкой13. 20 марта почт-директор известил министра финансов, что пакет и ящик «отправлены с фельдъегерем, которому подтверждено о сбережении в пути сего ящика <...>»14.

После рассмотрения проекта Александром I обер-гофмейстер двора граф Н.А. Толстой вернул Гурьеву рисунок и докладную записку. В сопроводительном отношении он, как видно, сообщил, что император никаких замечаний не высказал и находит рисунок соответствующим замыслу медальера (отношение Толстого в деле отсутствует, но о его содержании можно судить по приводимому ниже ответному отношению Гурьева). Получалось, таким образом, что проект вроде бы царем одобрен. Однако ни на рисунке, ни на возвращенной докладной записке собственноручной резолюции Александра I не было. Гурьеву предстояло в связи с этим решить головоломную задачу: является ли отсутствие царской резолюции случайностью или же проект императору не понравился, но по своей всегдашней манере лукавить он дал понять это таким завуалированным способом. Надумав вновь отправить рисунок в императорскую квартиру, Гурьев 24 апреля 1813 г. подписал следующее отношение на имя Толстого. «Из отношения вашего сиятельства, при котором Вы препроводили ко мне проект медали на освобождение Москвы, хотя и видно, что аллегорическое изображение, представляющее сие достославное для России происшествие, государем императором признано соответственным своей цели, но как без особенного высочайшего повеления к изготовлению штемпеля и к тиснению самой медали приступить нельзя, то, препровождая при сем рисунок означенной медали, покорнейше прошу <...> поднести оный на высочайшее утверждение, и буде оного удостоится, возвратить ко мне. Что же принадлежит до портрета его величества, то оный вырезан будет по оригинальному государем императором уже апробированному»15. Отправил ли Гурьев это отношение и затем оно, как и предыдущая докладная записка, было ему возвращено, или же он не осмелился его отправить – неизвестно, так как переписка на этом обрывается. Имеющаяся на отношении позднейшая помета директора Департамента горных и соляных дел Е.И. Мечникова: «Получено 20 генваря 1818 года без всякого приказания из канцелярии г. министра финансов», – ничего не разъясняет. Бесспорно, что так как на подписанном Гурьевым проектном рисунке нет не только резолюции Александра I, но и каких-либо помет о «высочайшем» утверждении, а медаль так и не была создана, проект царем не утверждался.

Следует сказать, что проект Я.Я. Рейхеля выгодно отличается от ряда других неосуществленных проектов того времени. Созданный раньше остальных, он, вместе с тем, по сравнению с проектом П.Галахова и большинством проектных рисунков, опубликованных А.Н. Олениным, откровенно дилетантских и с художественной точки зрения явно слабых, выполнен был на более высоком профессиональном уровне: рисунки на обеих сторонах довольно умело вписаны в круг, не перегружены деталями, символика выразительная и не требует никаких пояснений. Характерно, что Ф.П. Толстой, создавая позже проект медальона на это же событие, избрал аналогичные аллегории: Москва – в виде женщины с градской короной, освободившая столицу русская армия – в виде воина в древнерусском снаряжении, разбитый противник – в виде фигур поверженных врагов. Схожи и детали: Толстой тоже использовал крест, изобразив его на щите русского воина. Первоначально он предполагал поместить и “приличное” изречение религиозного содержания – «Да воскреснет бог и расточатся врази его». Таким образом, подход к раскрытию темы у обоих медальеров во многом совпадал. По мастерству композиции и рисунка проект Толстого был значительно выше рейхелевского. Но если сравнивать проект Рейхеля с другими “дотолстовскими” проектами медалей на события 1812- 1814 гг., то он, как отмечено выше, бесспорно превосходит большинство из них, хотя и не является вполне зрелым и совершенным, что и неудивительно, если учесть быстроту, с которой он был изготовлен*.

Другая особенность проекта Рейхеля состоит в том, что, в отличие от проектов П. Галахова, И.А. Шилова и некоторых проектов, вошедших в книгу А.Н. Оленина, его содержание не было направлено на прославление личности Александра I. Конечно, в медальерном искусстве – самом официальном и наиболее контролируемом из всех видов искусств – проявление какого-либо вольномыслия было совершенно невозможно. К тому же, если в ранней молодости Рейхель участвовал в создании штемпелей для “мятежных” монет восстания Костюшки, то вся его последующая деятельность не дает никаких оснований подозревать в его взглядах что-либо “вольнодумное”. Но уже одно то, что его проект не содержал столь обычной для того времени лести “благословенному” императору, отличает его от ряда других. Как уже отмечалось, в первоначальном варианте изображение Александра I отсутствовало и даже имя самодержца называлось в той связи, что освобождение Москвы произошло в его царствование. Но и во втором варианте, возможно навязанном медальеру, портрет императора – лишь дань общепринятому, фактически он не связан с основным содержанием медали, суть которого – прославление освободившей Москву русской армии. Как видно, именно это и явилось конечной причиной того, что проект не был осуществлен.
Не вызывает сомнения, что если бы этот проект воплотился в металл, медаль Рейхеля заняла бы заметное место в ряду других нумизматических памятников Отечественной войны1812 года.

1976 г.

Примечания

1 Проект медали, посвящаемой российским войскам в день вступления их в Париж. – СПб., 1814; перепечат. в: Военный сборник. 1902. № 3.
2 Чижов С. Юбилейный жетон и забытая медаль в память Отечественной войны. – М., 1914; Луппол А.Н. Нумизматические памятники Отечественной войны в собрании Государственного исторического музея // 1812 год: К стопятидесятилетию Отечественной войны. – М.: Изд-во АН СССР, 1962. С. 300, 302.
3 [Оленин А.Н.] Опыт о правилах медальерного искусства. С описанием проэктов медалей на знаменитейшия происшествия с 1812 по 1816 год и трех проэктов памятников из огнестрельных орудий, отбитых у неприятеля в 1812 году. – СПб., 1817. (В дальнейшем: «Опыт о правилах медальерного искусства <…>»). Авторство обозначено инициалами А.О. (Алексей Оленин). Рисунки были опубликованы Олениным как результат его личного творчества, однако некоторые из них в стилевом отношении настолько отличаются от большинства других, что принадлежность всех их одному автору вызывает сомнения.
4 [Толстой Ф.П.] Собрание резных изображений с медалей, представляющих знаменитейшие воинские действия, происходившие в 1812, 1813 и 1814 годах. – СПб., 1818.
5 Рейхель, Яков Яковлевич (1778-1856) – известный медальер и крупнейший коллекционер-нумизмат. Автор нескольких медалей и пробных портретных монет. В декабре 1825 г. по поручению министра финансов Е.Ф.Канкрина спроектировал знаменитый константиновский рубль и играл ведущую роль в попытках осуществления его чекана. См. о нем: Иверсен Ю.Б. Медали в честь русских государственных деятелей и частных лиц. Т. 2. – СПб., 1883. С. 141-143; Спасский И.Г. По следам одной редкой монеты. – Л., 1964.
6 РГИА. Ф. 37. Оп. 20. Л. 1061.
7 Там же. Л. 4.
8 Там же. Л. 5.
9 Там же. Л. 18-19.
10 Там же. Л. 7-9.
11 Там же. Л. 1. Отпуск; Л. 17. Подлинник.
12 Там же. Л. 6.
13 Там же. Л. 10.
14 Там же. Л. 14.
15 Там же. Л. 10. Под апробированным портретом Гурьев имел в виду, скорее всего, портрет Александра I работы И.А.Шилова 1811 г. или, быть может, работы К.Леберехта того же года. Заверение, что на медали будет помещен апробированный портрет, свидетельствует об опасении Гурьева, как бы придирчивый к качеству своих изображений Александр I не отклонил проект из-за того, что на рисунке дан новый для него вариант портрета, которого он не видел в металле.



Рекомендуемые разделы сайта "Награды императорской России" (s1)

Рекомендовать друзьям: