Поиск по сайту:




















Петерс Д.И. "Новые сведения о некоторых редких наградных медалях Российской Империи второй половины XVIII в."


Труды ГИМ. Выпуск 138. Нумизматиический сборник. Часть 16. 2003 год. стр. 318 - 328.

В архивах страны удалось выявить новые, ранее неизвестные исследователям и неопубликованные документы, рассказывающие об учреждении и выдаче наградных медалей Российской империи второй половины 18 в. Среди них значительную группу составляют «именные» - персональные пожалования, с указанием награжденного и события, за которое была выдана награда. Одними из первых наградных медалей указанного периода1 были золотые, выданные пяти старшинам Донского и Яицкого казачьих войск. Эти медали, размером 65 мм и весом в 30 червонных каждая, по указу императрицы Екатерины II от 25 февраля 1763 г. были пожалованы четырем старшинам Донского (Ивану Горбикову, Михаилу Поздееву, Семену Сулину, Ивану Янову) и одному - Яицкого (Алексею Митрясову) войска «по бытности их во время вступления Ея Императорского Величества на Всероссийский импера торский престол в походе до Петергофа и обратно»2. На всех медалях отчеканена дата: «июня 28 дня 1762 году» - это день восшествия на престол Екатерины II3, когда будущая императрица во главе 14-тысячного отряда войск (в нем находились и казаки во главе со своими старшинами), совершила поход на Петергоф, в результате которого был свергнут Петр III. Изготовление медалей (со всеми расходами) обошлось казне в 337 руб. 40 коп.4- Их носили на шее на голубой ленте5. Медали впервые были описаны Ю.Б. Иверсеном6. На аверсе помещен портрет императрицы Екатерины II вправо и надпись по окружности: «Б • М ЕКАТЕРИНА • II • IМПЕРАТ • И САМОДЕРЖ • ВСЕРОСС». Под изображением - фамилия медальера: «ТИМОФЕИ • IВАНОВЪ». На реверсе - соответствующие надписи, например: ВОЙСКА ДОНСКАГО ПОХОДНОМУ СТАРШИНСКАГО ЧИНА ЕСАУЛУ СЕМЕНУ СУЛИНУ ИЮНЯ 28 ДНЯ 1762 ГОДУ»7. «ЯИЦКОГО ВОЙСКА СТАРШИНЕ АЛЕКСЕЮ МИТРЯСОВУ ИЮНЯ 28 ДНЯ 1762 ГОДУ»8, «ВОЙСКА ДОНСКАГО СТАРШИНЕ • ВОЙСКОВОМУ ДЪЯКУ • ИВАНУ • ЯНОВУ ИЮНЯ • 28 • ДНЯ 1762 • ГОДУ»9 Интересна дальнейшая судьба этих медалей, которую можно проследить по архивным источникам.

Император Павел I хотел истребить у подданных память о незаконном вступлении на всероссийский престол Екатерины II, поэтому в различные правительственные учреждения, в том числе в войско Донское, были посланы копии именного указа, данного Сенату 26 января 1797 г. о «выдрании» и присылке в Санкт- Петербург указов и других документов покойной императрицы о вступлении ее на престол». Исполняющий обязанности войскового атамана войска Донского генерал- майор Д.М. Мартынов 13 марта 1797 г. доносил генерал- прокурору князю А. В. Куракину, что он, кроме выдранных требуемых указов, посылает также и указ из военной коллегии от 28 мая 1763 г., при котором четырем старшинам (Горбикову, Поздееву, Сулину и Янову) были доставлены золотые медали10 за Петергофский поход, «которые они носили, как бы приобретенные на службе против неприятеля кровию по примеру других здешних Старшин» и, что он, Мартынов, «побуждаясь желанием и усердием... дабы упомянутого бывшаго до Петергофа похода недостойную память удерживаемую здесь явным ношением медалей и в них заключающуюся... извлечь, совершенно» внушил тем старшинам, что «не надлежит им носить и иметь оные медали»". Поздеев и Горбиков представил и их Мартынову, а дети - наследники умершего Сулина «отозвались, что таковая бывшая у отца их медаль посмерти его употреблена в вещественное дело». Но войскового гражданского правительства непременный судья отставной полковник Иван Янов, «не имея склонности последовать сотоварищам своим и моему требованию, за тот поход медали не представил и удержал ее у себя, по-видимому, для ношения и впредь на шее»12. Далее Мартынов просил генерал-прокурора приказать у Янова медаль отобрать и прислать в Санкт-Петербург вместе с двумя другими. Куракин доложил об этом Павлу 1 и 28 апреля 1797 г. сообщал, что император повелел предписать Мартынову, чтобы он «непременно от полковника Янова медаль Петергофского похода истребовал и вместе с возвращенными от других чиновников доставил...», а «в случае же сопротивления Янова прислали его самого... в Петербург под караулом»13.

В своем следующем доносе генерал-прокурору от 30 мая Мартынов сообщал, что требовал он от полковника Янова «носимую им на шее Петергофского похода медаль... и побуждал неоднократно... но он, Янов, не отдавши ее, остался в сопротивлении» и «...из нарочного намерения носил на шее здесь в городе (Черкасске. -Д. П.) явно». Как писал далее .Мартынов, - «сие заставило меня поступить по другому терминалу... отправлением в Санкт-Петербург самого его, Я нова, под караулом, под котором и отправил его при старшине Иване Гнилозубове. Оному старшине препоручил я напечатанные в конверте представленные от Бригадира Поздеева и Старшины Горбиковатого Петергофского похода медали и приказал представить их вашему сиятельству при сем моем рапорте»14. Он прилагал также различные документы подтверждающие «вину» Янова, например, рапорт И. Янова в гражданское правительство войска Донского, в котором, в частности, говорится: «А как высочайшим указом (от 26 января 1797 г. - Д.П.) повелено только в печатных указных, 762 года книгах вырезать и отослать к нему господину Генерал- Прокурору некоторые листы, а о отобрании и отсылке со оными и жалованных золотых медалях ничего на упомянуто, для того требование Правительства считая за излишнее и нимало не соответствующее с Высокомонаршим соизволением не нахожу себя обязанным представить в Правительство упоминаемой жалованной мне золотой медали, без Высочайшего о том повеления. Коллежский советник15 Иван Большой Янов»16. В выписке из настольного журнала войскового гражданскогоправительства от 28 мая 1797 г. записано, что генерал-майор Дмитрий Мартынович Мартынов в присутствии членов этого правительства требовал от И.Янова полученную им в 1762 г. за Петергофский поход золотую медаль для отправления в Санкт-Петербург, но Янов, «оставшись ослушным той модели не отдал, а сказал, что он остается на прежнем отзыве»17. Арестованный и доставленный в Тайную экспедицию Сената И.Янов был неоднократно допрошен. На одном из допросов (самом продолжительном) он показал, что «отроду ему 75 лет, в Императорской Российской службе находился с 1739-го по 1763-й год, отставлен по представлению генерал-майора Иловайского в рассуждение его старости (в 1763 г. ему было только 40 лет!) и долговременной службы. Будучи уже в отставке... избран он... непременным судьею»18. Излагая свою версию о невозвращении им медали за Петергофский поход, Янов сообщал, например, что «генерал- майор Мартынов имеет на него издавна злобу за то, что по делам в Правительстве он, Янов, в рассуждениеего прихотей всегда противоречил, а более за то, что сын генерал-майора Дмитрия Мартынова бригадир Андрей Мартынов объявлен генерал-майором и приведен публично к присяге; указа же о пожаловании бригадира Мартынова в Правительстве нет, а получен указ о бригадире Мартынове по легкой кавалерии и велено ему быть шефом полку, а Мартынов никогда не служил в легкой кавалерии и полку не имеет, а на указе о Мартынове переправлено прозвание и написано Мартынова; что полковник Янов старался отыскать и переправляльщика обнаружить. О чем генерал- майор Дмитрий Мартынов не имеет быть не извещен, и нынешний несправедливый случай употребил себе в пользу»19. В деле имеется также ходатайство атамана войска Донского генерала В.П. Орлова с просьбой об освобождении Янова. Так, 16 июня 1797 г. Орлов писал князю Куракину, «что нещастного приключения его (Янова. -Д.П.) есть главною причиною древняя злоба, учинившаго на него донос генерал-майора Мартынова, который все средства изыскивал во вред его»20. После неоднократных допросов Янов по повелению императора был из-под стражи освобожден и в начале июля 1797 г. отправлен на Дон21, а возвращенные золотые медали перечеканены в монеты22.

В архивах нами обнаружены также документы об учреждении и вы даче некоторых именных медалей, неизвестных Ю.Б.Иверсену и другим исследователям. В конце 1791 г. российское правительство приняло решение снарядить в Японию специальную экспедицию под руководством поручика Адама Лаксмана для налаживания торговых и других отношений с этот страной. С экспедицией предполагалось отправить и находящихся в России японцев. В рескрипте, данном 13 сентября 1791 г. императрицей Екатериной II иркутскому губернатору И.А. Пилю, в частности, написано: «...для препровождения тех Японцев в их Отечество, употребить одного из сыновей означенного профессора Лаксмана, в Иркутском Наместничестве при должностях находящихся, имеющих познания в астрономии и навигации, поруча ему как в пути, так и в бытность в Японских областях делать на водах, островах и на твердой земле астрономические, физические и географические наблюдения и замечания, равно и о торговых тамошних обстоятельствах»21. После завершения экспедиции все участники получили награды. В указе Екатерины II, данном генерал-прокурору А.Н.Самойлову 10 августа 1795 г., говорилось: «По рассмотрении сведений, касающихся до бывшей в 1792 и 1793 годах Японской экспедиции и понесенных разными в ней участвовавшими чинами и служителями трудов определили Мы оным следующие награждения: бывшему в той экспедиции начальником Порутчику Адаму Лаксману чин коллежского асессора и жалованья по 450 рублей на год... велико устюжскому купцу Власу Бабикову дать золотую медаль для ношения на шее на красной с черными полосами ленте»24 (Владимирской. -Д.П.). В октябре 1795 г. на Санкт-Петербургском монетном дворе изготовили медаль весом в 8 золотников с портретом Екатерины II и надписью на реверсе: «ЗАТРУДЫ ВЕЛИКО УСТЮЖСКОМУ КУПЦУ ВЛАСУ БАБИКОВУ 1795 ГОДА»25. К сожалению каких-либо сведений о купце В.Бабикове обнаружить не удалось.

Как следует из архивных документов, в 1798 г. в царствование императора Павла I золотой медалью для ношения на шее «за изобретение машины пожаловали купца Быкова»26. В записке, поданной в марте 1796 г. В Адмиралтейскую коллегию генерал-адъютантом Кушелевым, отмечено, что «...по выслушании мнения коллегии относительно... рассмотренных книги с чертежами поднесенной купцом Быковым собственного его изобретения о построении разных машин и прочего» император повелел «как на всех представленных им Быковым проектов машины с прибором служащим к облегчению водолазов, коллегиею найдены полезными и нужными в подводных работах и выниманием груза, то и сделать таковыя под его смотрением из казенных материалов и казенными мастеровыми, и как таковое изобретение есть новое и для адмиралтейства весьма полезное, то ему, Быкову, выдать в награждение некоторую сумму денег, сопоставимо трудам его»27. На Санкт-Петербургском монетном дворе для Быкова была отчеканена золотая медаль стоимостью в 60 руб. 83 коп.28 Однако во время бывшего в ноябре 1824 г. в Санкт-Петербурге сильного наводнения он этой медали лишился и обратился с просьбой изготовить ему другую, взамен потерянной. Согласно журналу Комитета министров, утвержденного императором Александром Павловичем 25 июля 1825 г., Кабинету «Его Императорского Величества было повелено выдать всемилостивейше пожалованную Гидравлику 9-го класса Быкову- Позднякову золотую медаль вместо потерянной им во время бывшаго в прошлом году наводнения»29. Чиновники Кабинета 31 августа 1825 г. обратились в департамент горных и соляных дел Министерства Финансов с просьбой изготовить 1 золотую медаль «среднего сорта с колечком» по прилагаемому рисунку. В ответном письме от 19 сентября 1825 г. департамент сообщал, что «по оному рисунку следовало бы напечатать медаль с одной стороной с портретом обращенным в правую сторону (курсив мой. — Д.П.), а с другой с вензелем блаженноя памяти Государя Императора Павла Петровича без царской короны, при этом с надписью вокруг медали: "ЗА ПОЛЬЗУ ОТЕЧ. КУП. ДИМИТРИЮ БЫК. ПОЗ. НААН. ЛЕНТЕ 1798 МАРТА 10 ДНЯ". Но так как штемпелей такового роду на Монетном дворе не имеется, приготовление же вновь потребовало бы значительных издержек и времени, то во избежание сего и напечатана по тем штемпелям какие на Монетном дворе тогда были и ныне есть, то есть: с одной стороны портрет императора Павла I, обращенный в левую сторону, а с другой, с вензелем Его Величества под царской короной, но без всякой вокруг медали надписи»30. Чеканка медали обошлась Кабинету «Его Императорского Величества в 59 руб. 40 коп.31

Наградная именная медаль, пожалованная в 1792 г. Костромскому городскому голове Дмитрию Дуригину, впервые описана Ю.Б.Иверсеном32, однако за какие конкретно заслуги она была выдана, он не знал. На лицевой стороне медали (размером 50 мм) помещен портрет императрицы Екатерины II работы медальера Самойлы Юдина, на реверсе надпись в десять строк: «КОСТРОМСКОМУ/ ГРАДСКОМУ/ ГЛАВЪ/ ИМЯ НИТОМУ/ ГРАЖДАНИНУ/ ДМИТРИЮ ДУРИГИНУ/ ЗА УСЕРДНУЮ СЛУЖБУ/ И ПОХВАЛЬНЫЕ ПОДВИГИ/ ОКАЗАННЫЕ ИМЪ НА ПОЛЬЗУ ГРАЖДАНСКОГО/ ОБЩЕСТВА. 1792 ГОДА». Медаль была учреждена повелением Екатерины II, сообщенным 28 октября 1792 г. Графом А.А.Безбородко генерал-прокурору А.Н.Самойлову33. В этот же день Безбородко писал исправляющему должность Владимирского и Костромского генерал-губернатора генерал-поручику И.А.Заборовскому: «Ея Императорское Величество в уважение на свидетельство вашего Превосходительства об усердной службе Костромского градского главы имянитого Гражданина Дмитрия Дуригина и похвальных подвигов, кои он на пользу Градского общества во многих случаях оказал, всемилостивейше пожаловать ему изволила шпагу и золотую медаль с портретом Ея Величества на одной стороне, а на другой с изъяснением заслуг его»34. Заслуги, за которые Дуригин удостаивался медали, были действительно значительны. Так, в представлении И.А.Заборовского императрице от 8 сентября 1792 г. говорилось, что Дуригин служил по выборам (городского головы. -Д.П.) подряд три срока - «сряду девять лет» с «рачительными и безпрерывными стараниями». Крометого, он совершил «достохвальное деяние, оказанное при бывшем в Костроме 789 года пожаре»: «Во время сего нещастного приключения, в котором все без изъятия купеческия лавки с товарами и многия домы с имуществом их погибли, благодушный гражданин сей, не взирая на то, что и сам был жертвою общего нещастия, лишась знатной части капитала своего, разорением бедных сограждан тронут и поражен был более, нежели собственною своею потерею, и удовлетворяя нежной своей чувствительности, разделил сними остаток стяжания своего, снабдив некоторых суммою заимообразно без процентов, а многих и без возврату по причине совершенной их скудости». Полученные деньги жители города употребили на «построение лавок в Каменном Гостином дворе, построенном после пожара». «Самый сей Гостиный двор, — говорится в документе, - воздвигнутый в двух каменных корпусах, каждый на шестидесяти саженях, существованием своим обязан по большей части попечительным старанием его о пользах общества гражданского». Далее генерал Заборовский сообщал Екатерине II, что Дуригину «нарочитого стоило труда как в сем, так и в других подобных тому случаях при устроении города по утвержденному Вашим Императорским Величеством плану, преодолеть грубыя и упорныя умы многого числа жителей прилепленных к древним обычаям». Д.Дуригин действовал «неутомимыми внушениями и собственным примером и успех его в том доказывает выше изъясненный Гостиный двор, а равно и протчия каменныя в довольном количестве как общественныя так и частныя строения на главных города улицах и трех больших площадях вновь открытых»35. В начале ноября 1792 г. вопрос о награждении Д.Дуригина золотой медалью и шпагой рассматривался в Сенате и было приказано: «Чтобы упоминаемая в оном Высочайшем указе медаль изготовлена была немедленно... шпагу же купить ценою не выше 50 рублей от Сенатского расходу»36. Медаль носили на шее, на голубой (Андреевской. -Д.П.) ленте37. Иверсен считал, что выданная Д. Дуригину медаль была первая, пожалованная за гражданские заслуги, однако это не так. По документам нам известно, что первыми награжденными медалями не за военные подвиги были известный изобретатель- самоучка И.П.Кулибин38 (пожалован в 1778 г.) и киевский городской голова Георгий Рыбальский (получил медаль до 1792 г.)39.

О медалях с портретом императрицы в Екатерины II и надписями на реверсах: «За усердие к службе» и «За службу и храбрость» также упоминает Ю.Б.Иверсен40, однако кому и за какие заслуги их жаловали, он не знал.

Сведения об учреждении количества отчеканенных и выданных экземпляров приводятся в нашей книге о наградных медалях России XVIII века41

Работа в архивах позволила выявить ранее неизвестные источники о награждении этими медалями. Так, 26 июня 1789 г. князь Г.А.Потемкин - Тавический писал Екатерине II: «При оказании заслуг Вашему Императорскому Величеству чиновными в Молдавии и Валахии, считаю я за нужное для вящего ободрения награждать их медалями, так как и старшин войскаДонского. По сему я и осмеливаюсь Вашему Императорскому Beличеству всеподданнейше представить о Высочайшем повелении зделать и прислать ко мне золотые медали двенадцать по образцу жалуемых Донским Полковникам и двадцать четыре вполовину противу оных»42. 6 июля императрица отвечала Потемкину, что просимые им медали «некоторое число противу тех, кои даются Старшинам войска Донского и другие в половину противу оных будут сделаны и отправлены»43. Граф А.А.Безбородко сообщал генел- прокурору князю. А.Вяземскому, что «для награды заслуг чиновным в Молдавии и Валахии оказываемых, Ея Императорское Величество высочайше повелеть соизволила для равномерного употребления зделать золотых же медалей двенадцать по образцу жалуемых старшинам войска Донского и двадцать четыре в половину оных. На одной стороне сих медалей должен быть обыкновенно изображен портрет Ея. Величества, а на другой на 8 больших и 16 малых надпись "За Службу и Храбрость", а на остальных обеих сортов (т.е. 4 больших и 8 малых. -Д.П.) "За Усердие къ Службе". По изготовлении оных не угодно ли будет вашему сиятельству доставить их ко мне для отправления к князю Григорию Александровичу»44. Требуемые медали были отчеканены на Санкт-Петербургском монетном дворе и 15 июля отправлены князю Потемкину. 28 сентября 1789 г. Екатерина И «Высочайше указать изволила зделать двадцать золотых медалей меньшей пропорции с надписью: "За Службу и Храбрость"... для отправления сих к нему (т.е. Г.А.Потемкину-Таврическому. - Д.П.) по его требованию»45. Следовательно, всего было изготовлено 4 больших (размером 65 мм) и 8 малых (53 мм) золотых медалей «За усердие к службе» и 8 больших и 36 малых «За службу и храбрость». Кому князь Потемкин выдавал медали с такими надписями, выяснить не удалось, но можно предположить, что он наградил кого-то из молдавских и валахских бояр, впоследствии (в 1792 г.) пожелавших выехать в Россию с семействами46. По документам известно, что медалью «За усердие к службе» был пожалован молдавский боярин Гаюс. Как писал в 1791 г. граф А.А.Безбородко - «армии майор и поршал Марко Гаюс. Человек отличного усердия. Покойный фельдмаршал (Г.А.Потемкин- Таврический. -ДМ.) произвел его в чин и дал медаль за ревностные его труды при армии, а особливо за построение мостов на Днестре и Пруте»47. После смерти князя Потемкина в Кабинет «Ея Императорского Величества» в числе других вещей были возвращены 4 большие и 3 малые «За усердие к службе», 5 больших и 31 малая «За службу и храбрость»48. Указом от 22 февраля 1796 г. Кабинету предлагалось направить «для употребления на пользу службы к генерал-поручику графу Зубову в Кавказское наместничество»49 большое количество мягкой рухляди и драгоценных вещей. Среди них были и «отправленные с секунд-майором Григорием Хомутининым к генерал-поручику графу Валериа­ну Александровичу Зубову на Персидския границы» 43 золотые медали с надписями на реверсах: «За усердие к службе» и «За службу и храбрость»50. По архивным источникам видно, кому и какие медали были выданы графом В.А.Зубовым во время персидского похода. Так, 27 мая 1796 г. «возложена медаль золотая малая За службу и храбрость калмыцкому владельцу капитану князю Ончику»51. 6 августа такая же была вручена «Гребенского войска капитану Зачетову»52.7 октября - «медаль большая с надписью: «За службу и храбрость» возложена Андреевскому владельцу капитану князю Шению Амзину»53. А 21 ноября 1796 г. «медаль золотая с надписью: "За усердие к службе" одна большая подарена мною (графом В.А.Зубовым. -Д.П.) Титулярному Советнику54 Нагаю Юсупову в уважение усердия и трудов понесенных им при разных поручаемых от меня комиссиях»55. После окончания персидского похода в Кабинет «Его Императорского Величества» среди других вещей были возвращены и наградные медали «За усердие к службе» - 3 большие и 3 малые, «За службу и храбрость» - 4 большие и 29 малых. В августе 1797 г., кроме 4 образцовых, все остальные были сда­ны на переплавку - в документе имеется пометка: «оставить по одной, а остальные в лом»56.

Таким образом, архивные источники позволяют существенно дополнить наши сведения о наградных медалях России второй половины XVIII столетия.

Примечания.

1 Первыми наградными именными медалями, выданнымиво второй половине XVIII в. были золотые с надписью: «Победителю над Прусаками I • Д • 1759», пожалованные в сентябре 1762 г. девяти полковникам Донского войска: Попову, Перфильеву, Денисову, двум Луковичным, Дячкину, Туроверову, Кирсанову и Машлыкину (см.: Петерс Д.И. Наградные медали России второй половины XVIII столетия (царствования императриц) Елизаветы Петровны, Екатерины II и императора Павла I. 1760-1800 гг. М., 1999. С.35-37.)

2 РГАДА. Ф.248. Кн.5977. Л.24.

3 РГВИА. Ф.13. Оп.1/107. Св.120. Д.66. Л.22, 22 об., 34. Как говорится в документе: «1763 г. февраля 25, высочайшем Ея Императорского Величества в Сенате присут­ствий, докладывано доношение Военной коллегии о медалях казачьим старшинам войска Донскаго и Яицкаго за Петергофский поход, и Ея Императорское Величество высочайше указать соизволила: медали сделать и дать с такими изображениями, какие обыкновенно им даются, а на другой стороне назначить год, месяц и число сего похода. В исполнение онаго Ея Императорскаго Величества указа Правительствующий Сенат приказали: о непременном по силе онаго Ея Императорскаго Величества указа исполнении в Монетную канцелярию, и для ведома в Военную коллегию послать указы» (Сенатский архив. СПб., 1907. Т.ХП. С.334).

4 РГАДА. Ф.248. Кн.5971.Л.100-100об.

5 РГВИА. Ф.13. Оп. 1/107. Св.120.Д.58. Л.22.

6 Иверсен Ю.И. Медали, пожалованные императрицею Екатериною II некоторым лицам Войска Донского. СПб., 1870. С.З-5; Он же. Медали в честь русских государственных деятелей и частных лиц. СПб., 1880. T.I. С.174-175; СПб., 1883. Т.П. С. 20-21, 101-102,225-226,365-366.

7 Иверсен 10.Б. Медали... частных лиц. Т. 1. С. 225.

8 Там же. С.21.

9 Иверсен Ю.Б. Медали... Войска Донского. С.5. №3; Оттиск медали в меди, неизвестный Иверсену, хранится в ОН ГИМ (см.: Дуров В.А. Наградные медали XVIII- XIX веков для казачества. Киев, 2000. С.113).

10 РГВИА. Ф.13. Оп. 1/107. Св.120.Д.66. Л.32; РГАДА. Ф.7. Оп.1. Д.2948. Л.4 об.-5 об.

11 РГАДА. Ф.7. Оп.1. Д.2948. Л. 1-1 об.

12 Там же. Л.2.

13 Там же. Л.12-12 об., 13.

14 Там же. Л.!4-14об., 15.

15 Гражданский чин VI класса Табели о рангах, соответствующий чину полковника (см.: Никонов М. Справочная книга для должностных лиц центральных и заграничных установлений МИД. СПб., 1869. С.295).

16 РГАДА. Ф.7. Оп.1. Д.2948. Л. 17-17 об.

17 Тамже.Л.18-18об.

18 Там же. Л. 19.

19 Там же. Л. 19об., 20-20 об.

20 Там же. Л.23-23 об., 24.

21 Там же. Л.22; Перед освобождением с И.Янова была взята подписка: «Отставному Донского войска полковнику И вануЯнову Большому указом Его Императорского Величества объявляется, дабы вы о том, где содержались и о чем были спрашиваемы никому нигде и ни под каким видом во всю спою жизнь отнюдь не объявляли, под

опасением законного за то осуждения. Иван Большой Янов» - автограф (РГАДА. Ф.7. ОП.1.Д.2938.Л.21).

22 Там же. Л. 14,

23 Архив князя Воронцова. М., 1880. Кн.24. С.201-204.

24 РГАДА. Ф.1239.Оп.З.Д.65044.Л.П2об. - ПЗоб.

25 Там же. Ф.248. Кн.4819. Л.299-299 об.

26 РГИА. Ф.468. Оп.20.Д.858.Л.2.

27 Материалы по истории русского флота. СПб., 1890. 4.XV1II. С.219-220.

28 РГАДА. Ф.1239. Оп.З.Д.61901.Л.2.

29 РГИА. Ф.468. Оп.1. Д.3943а. Л. 153 об.

30 Там же. Ф.37. Оп.17.Д.616. Л.251-251 об.

31 Там же. Ф.468. Оп.20. Д.855. Л.2.

32 Иверсен Ю.В. Медали... частных лиц. T.I. С.220-221.

33РГАДА. Ф. 1239. Оп.З. Д.65005. Л.203-203 об.

34 Там же. Л.204-204 об.

35 Там же. Ф.248. Кн.4691. Л.213-214об.

36 Там же. Кн.4717. Л.1-1 об.

37 Там же. Ф.1239. Оп.З. Д.65005. Л.203-203 об.

38 Георги И. Г. Описание российско-императорского столичного города Санкт-Петербурга и достопамятностей в окрестностях онаго. СПб., 1794. 4.1-3. С.570; Пятериков П. Иван Петрович Кулибин, русский испытатель-самоучка// Московитянин. 1885. Июль. Кн.2. Отд.4. С.9-10, 22.

39 РГАДА. Ф.248. Кн.4532. Л.290.

40 Иверсен Ю.Б. Неизданные и редкие русские медали.СПб., 1874.С.9. №51-54.

41 Петерс Д.И. Наградные медали России второй половины XVIII века. С. 140 - 146.

42 РГВИА. Ф.52. Оп.21. Д. 12. Л. 139-139 об.

43 РГАДА. Ф.5. Оп Л.Д.85.4.4. Л.112 об.-! 13; СБРИО. 1885. Т.42. С. 18-19.

44 РГАДА. Ф.1239. Оп.З. Д.64998. Л. 111-111 об.

45 Там же. Л. 192.

46 АВПРИ. Ф.69. Оп.1. Д.83. Л.13-14; Россия и освободительная борьба молдавского народа против османского ига. 1769-1812 гг.: Сборник документов. Кишинев, 1984. С.162-164 (Док.№163).

47 СБРИО. 1881. Т.29. С.631.

48 РГИА. Ф.468. Оп.1. Д.4026. Л.473-474.

49 Тамжс.Д.4031. Л.126;ОПИ ГИМ. Ф.242. Оп.1. Д.6. Л.21-21 об.

50 РГАДА. Ф.1239. Оп.З. Д.61802. Л. 140 об.

51 Тамже.Д.61841. Л.112.

52 Тамже. Л. 130-130 об.

53 Там же. Л.136.

54 Гражданский чин IX класса Табели о рангах, соответствующий капитану армии (см.: Никонов М. Справочная книга... С.295).

55 РГАДА. Ф.1239. Оп.З. Д.61841. Л.143.

56 Там же. Д. 61868. Л.61.

 

 

 

 

Рекомендовать друзьям: