Поиск по сайту:




















Пискунова Л.С. Награждение медалями за Гангутский бой 27 июля 1714 г. Труды Государственного Эрмитажа, т IV, 1961 г.,

Медаль За морское сражение при Гангуте, 27 июля 1714 г.  Медаль За морское сражение при Гангуте, 27 июля 1714 г. реверс

НАГРАЖДЕНИЕ МЕДАЛЯМИ ЗА ГАНГУТСКИЙ БОЙ 27 ИЮЛЯ 1714 г.

Л. С. Пискунова. Труды Государственного Эрмитажа, т IV, 1961 г., стр. 135 - 140.

    Среди ранних русских медалей начала XVIII в. значительное место принадлежит воинским наградным медалям. В созданной Петром I национальной регулярной армии наградная медаль сразу заняла определенное место в системе воспитательных начинаний, отличавших русскую армию от современных ей европейских.

Петровская наградная воинская медаль выглядит как нечто совершенно новое в русском военному быту, тем более, что невозможно найти что-либо сходное в практике любой другой армии Европы того времени. Чтобы уяснить особенности этого чисто русского военного обычая, полезно проследить каким образом производились награждения, кто награждался, каковы были знаки отличия и т. д. Это тем удобнее, что в начале XVIII в. воинская медаль была знаком участия в конкретном сражении. Предметом настоящей статьи являются награды за Гангутский бой, порядок их раздачи, а также время и место изготовления медалей.

В честь Гангутской победы были устроены торжественные празднества, одним из главных моментов которых был триумфальный ввод захваченных шведских судов в Неву у Петербурга. Участники боя получили разнообразные награды: "штаб и обер-офицеры за ту службу награждены медалями, каждый по пропорции своего чина, а рядовые серебряными медалями и деньгами".

В Государственном Эрмитаже хранятся четыре золотых наградных медали за Гангутский бой и несколько серебряных. На лицевых сторонах всех их помещен портрет Петра I, а на оборотных - изображение морского боя и надпись: "Прилежание и верность превосходит силно июля 27 дня 1714". Вес золотых медалей и их диаметр различны, серебряные же все соответствуют по диаметру и весу рублевикам того времени, т.е. стоимость наград была приравнена к стоимости монет царской России рублевого номинала.

Первоначально было изготовлено для раздачи 193 золотых и 1000 серебряных медалей. Последние, как явствует из документов, были все одного веса, а золотые по ценности распределялись следующим образом: три весом в 100 червонных, четыре в 70, восемь в 45, двадцать одна в 30, пятьдесят в 11, семьдесят в 7 червонцев. К некоторым из них полагались цепи: три в 50 червонцев, пять в 30, одиннадцать в 25, двадцать одна в 20 и сорок в 15 червонцев. (Вес червонца того времени составляет в среднем 3,5 г). Уже через четыре месяца после победы, в ноябре 1714 г., были розданы: три "бригадирские" медали весом в 45.червонцев и цепи к ним в 50 червонцев каждая (Волкову, Змаевичу и Лефорту), одна "полковничья" медаль в 30, с цепью в 30 же червонцев (Ягужинскому), четыре "подполковничьих" (они же "майорские") в 15, с цепями в 30 червонцев, две "капитанские" в 11 и цепи к ним в 25 червонцев (гвардейским офицерам и офицерам галерного батальона) и девять медалей в семь червонцев, без цепей (гвардейским унтер-офицерам и младшим офицерам армейских полков); тогда же было роздано 226 серебряных медалей "Преображенского полку капралам и гренадером и салдатом и другим чинам". Награждение было произведено из Кабинета (личной канцелярии) Петра.

По указу царя от 2 декабря 1714 г. генерал-адмиралу Апраксину предписывалось принять в его походную канцелярию оставшиеся в Кабинете 174 золотые медали и семьдесят золотых цепей, а также 774 серебряные медали для дальнейшей раздачи участникам боя. За декабрь 1714 г. было роздано 12 золотых медалей с цепями и без цепей и 72 серебряных; в первую очередь получали их те офицеры и солдаты, которые находились в Петербурге.

Первоначально принятый вес золотых медалей и цепей для разных чинов при раздаче не соблюдался, и в ходе награждения установился новый принцип весовых различий. Самыми высокими наградами, таким образом, явились бригадирские медали в 45 червонцев. Заготовленные ранее три медали в 100 червонцев, четыре в 70, а также оставшиеся неиспользованными еще пять бригадирских в 45 червонцев оказались излишними. Кроме того, представляемые полками списки офицеров, участвовавших в бою, указывали на значительно большее число, чем, повидимому, ранее предполагалось, младших офицеров и приравненных к ним гвардейских унтер-офицеров, которые должны были получить самые малые по ценности золотые медали. Изменен был также вес цепей в сторону его увеличения по сравнению с заготовленными ранее.

В связи с этим 16 декабря 1714 г. из канцелярии Апраксина были пересланы в Москву на Денежный монетный двор для переделки 45 медалей (в число которых вошли указанные медали в 100, 70 и 45 червонцев) и 66 цепей, общим весом в 2560 червонцев. В письме к адмиралтейскому комиссару Беляеву, руководившему Московским монетным двором, Апраксин требовал: "сколько возможно скорее по присланной при сем ведомости вели сделать чепи и медали добрым мастерством и прислать нам". Из посланного золота изготовили 30 медалей в семь червонцев и 72 цепи - три в 75, десять в 60, двадцать две в 30 и тридцать три в 22 червонца.

В конце марта 1715 г. новые медали и цепи были доставлены в Петербург, и в апреле начался обмен "преждеданных" цепей на вновь изготовленные, а также возобновилась раздача медалей. Были заменены цепи к "бригадирским" медалям новыми в 75 червонцев; обменивались также цепи в 25 червонцев, которые заменялись цепями в 30 червонцев к "майорским" медалям и в 22 червонца к "капитанским".

С этого времени можно считать установившимся следующее соотношение веса медалей и цепей к соответствующим рангам воинских чинов при раздаче наград за Гангутский бой. "Бригадирские" медали в 45 червонцев и цепи к ним в 75 червонцев для бригадиров и капитан-командора. "Полковничьи" - в 30 и цепи к ним в 60 червонцев - для полковников армейских полков. "Подполковничьи и маеорские" - в 15 червонцев с цепями в 30 червонцев для морских капитанов, капитанов гвардии, подполковников и майоров армейских полков. "Капитанские" медали в 11 и цепи к ним в 22 червонца для морских капитан-поручиков и поручиков, гвардейских подпоручиков и прапорщиков, адъютантов адмирала и капитанов армейских полков. "Порутчичьи" медали в 7 червонцев давались без цепей; их получали начальники галерных команд, поручики и подпоручики галерного батальона и армейских полков и гвардейские унтер-офицеры.

Золотые медали собрания Государственного Эрмитажа относятся к трем последним группам офицерских наград: две "маеорских" медали в 15 червонцев , "капитанская" и "порутчичья" в 7 червонцев. Майорская и капитанская медали (диаметром в 41 мм) чеканены одними штемпелями; разница в весе обусловливается толщиной кружка.

Награждение офицеров медалями производилось в течение двух лет, с декабря 1714 г. по декабрь 1716 г., а урядников (унтер-офицеров) и солдат затянулось на еще более долгий срок. Общее число солдат и урядников, принимавших участие в бою, доходило до 3500 человек, 13 первоначально же было заготовлено лишь 1000 медалей. Первыми получили награды, как уже указывалось, в 1714 г. солдаты Преображенского полка, матросы и солдаты морского флота и галерного батальона и в начале 1715 г. - солдаты Семеновского, Лефортовского и частично Ингерманландского полков. В течение 1715 года в Москве было отчеканено еще 1000 медалей. Из этого числа в 1716 г. выдано было еще 500 медалей для Ингерманландского полка, в котором общее число участников боя составляло 739 человек. Однако и этого было все еще недостаточно, и 10 октября 1716 г. генерал-майор Дюпре обратился к Апраксину с просьбой о выдаче на Ингерманландский полк еще 122 медалей на "наличных урядников и солдат", подлежавших награждению. В то же время в канцелярию генерал-адмирала стали поступать засвидетельствованные командирами частей личные ходатайства от матросов и солдат галерного батальона о том, что они "во время взятья швецкого фрегата и галер на приступе были, а медалей не получили". По поступившим прошениям была составлена сводная ведомость и всем, бывшим налицо при частях, роздано 75 "жалованных серебряных монет" .

Многочисленные просьбы матросов и солдат особенно интересны. Они показывают, насколько прочно коренилось в сознании простых участников сражения представление о их праве на почетную награду и как принцип массовых награждений способствовал воспитанию в подразделениях флота и армии сплачивавшего их духа воинского товарищества. Приводим одно из таких прошений. Солдат галерного батальона Дементий Игнатьев, имя которого в списках по недосмотру было написано неправильно, просил: "Державнейший Царь Государь Милостивейший, служу я, раб твой, тебе великому Государю в морском флоте в галерной батальоне в солдатах и в прошлом, Государь, 1714-м году был я нижепоименованный при взяте неприятельского фрегата и шести галер на батали с русским подкомитом Андреем Плотниковым на галере, которой убит на той батали, а которые моя братья баталионные солдаты такожде и матрозы были на той баталии и те получили твои государевы манеты, а я раб твой не получил, понеже... по списку, Государь, написано по которому манеты даваны, Дементий Лукьянов, а имя мое Дементий Игнатьев... Всемилостивейший Государь, прошу Вашего Величества, да повелит державство ваше мне рабу твоему за вышеописанную баталию против моей братьи Свой Государев манет выдать и о том свой Государев милостивейший указ учинить..."

В армейских полках оставалось еще много не награжденных солдат и урядников, число которых доходило до 2000 человек. Наградить всех не представлялось возможным из-за недостатка медалей; наличных могло хватить только для унтер-офицеров, которым и были вручены 92 медали, посланные в ноябре 1716 г., по приказу генерал-адмирала, из его походной канцелярии в Або к генерал-майору Голицыну . В декабре 1716 г. Апраксин опять писал в Москву на Монетный двор о необходимости срочного изготовления и присылки медалей для награждения солдат, которых оставалось еще "число немалое". По этому, последнему, заказу в феврале 1717 г. было отчеканено 1500 медалей. Из них 1490 были розданы "на наличных и отлучных". Оставшиеся после всех раздач 357 медалей были возвращены как неиспользованные в походную канцелярию генерал-адмирала. Последним годом вручения наград за Гангутский бой был 1717 г.

Всего было награждено золотыми медалями 144 человека, причем к медалям было выдано 55 цепей; 3125 солдат и унтер-офицеров (последние только армейских полков) получили серебряные медали. Более всего награжденных участников боя было в Ингерманландском полку - 622 человека. По остальным полкам число награжденных составляло: в Лефортовском полку - 311 человек, в Преображенском 252, в 1-м Гренадерском 233, во 2-м Гренадерском 211, в Новгородском и Великолуцком по 196 человек, в Галерном батальоне и Галицком полку по 183 человека, в Семеновском полку 174 человека, в Копорском 114, в Московском 92, в Шлиссельбургском 88, в Вологодском 71 и Воронежском 53 человека. Две медали были выданы денщикам Петра I, двенадцать - гребцам шлюпки генерал-адмирала, четыре - гребцам шлюпки генерала Вейде.

Разные размеры медалей и большое число их, особенно серебряных, потребовали изготовления нескольких пар штемпелей. Имена мастеров-медальеров установить не удалось; в просмотренных документах нет никаких упоминаний об этом; на сохранившихся экземплярах медалей, так же как и на большинстве русских медалей того времени, имена или монограммы мастеров отсутствуют, за исключением двух офицерских медалей на которых стоит имя медальера С. Гуэна, работавшего в Москве в первой четверти XVIII в.

Все штемпели резались без учета ушков для ношения, которые припаивались к уже готовой медали, захватывая ее края и закрывая отдельные буквы надписи. При чеканке медалей не всегда соблюдалось обязательное при чеканке новых монет расположение штемпелей по одной оси, от чего получалось неправильное, при наличии ушка, положение изображения на оборотной стороне.

Художественное значение медалей за Гангутский бой не очень велико, хотя портреты Петра I разных типов исполнены довольно тщательно и не повторяются на других нумизматических памятниках эпохи. На оборотной стороне всех медалей дано одинаковое схематическое изображение боевого построения русских галер и шведских парусных судов в решающий момент боя. Резчики штемпелей руководствовались при этом той же схемой, которая легла и в основу гравированного плана, приложенного к реляции о победе и напечатанного в "Книге Марсовой"

Известную схематичность и небрежность исполнения можно объяснить, с одной стороны, новизной сюжета и трудностью помещения на маленьком кружке медали точной копии схемы морского боя, а с другой - крайней спешкой, с которой производилось изготовление штемпелей. Последнее обстоятельство несомненно сказалось и на характере надписей; как и на многих других медалях того времени, они исполнены без точного расчета отводимого для них места и набраны из букв разного размера - очевидно, для работы пользовались теми пунсонами, которые были под руками.

Право на получение наградной медали за Гангут обеспечивалось участием в бою, засвидетельствованным начальниками. Медали получали все, кто входил в состав авангарда галерной эскадры, независимо от личных боевых подвигов. Даже те, кто отличались более других, не выделялись особо при награждении медалями. Такая система награждения, при всей кажущейся новизне воинских наградных медалей петровского времени, а в особенности солдатских, самым непосредственным образом связывается с военным бытом допетровской Руси. Известно, что на протяжении XVI-XVII вв. существовала твердо установившаяся традиция жаловать за ратные подвиги золотыми и вызолоченными серебряными монетами, причем постоянно наблюдаются, с одной стороны, случаи массового награждения, а с другой - разделение степеней наград по чинам награждаемых. Таким образом, Петр лишь умело использовал, в обновленной форме, русские воинские традиции прошлого. Установленный им порядок награждения медалями всех участников сражений сохранялся в течение всего XVIII в. (медали за победу при Франкфурте на Одере, за храбрость на водах Очаковских, за Кинбурн, за взятие Измаила и др.).





Рекомендуемые разделы сайта "Награды императорской России" (s1)

Рекомендовать друзьям: