Поиск по сайту:




















Лозовский Е. В. "К истории учреждения медали в память двухсотлетия Гангутской победы"

>> Статьи Лозовского Е. В о наградах России.

Первые сведения о медали в память 200-летия Гангутской победы автор этих строк почерпнул из “Каталога отечественных орденов, медалей и нагрудных знаков”, составленного Е.Н. Шевелевой. Кроме описания самой медали здесь сообщается, что учреждена она 12 июня 1914 г. и носилась на груди на андреевской ленте с цепочкой [1]. Попытка обращения к источнику, на который ссылается автор данного труда [2], ни к чему не привела, в указанном номере “Русского инвалида” вообще никакой информации об этой медали не оказалось. Воздерживаюсь от комментариев по этому поводу, поскольку научная добросовестность Е.Н. Шевелевой общеизвестна. И сама она и ее труд давно уже стали легендами отечественной фалеристики.

Тем временем информация эта стала общепризнанной, вошла в каталоги российских медалей. Так, Д.И.Петерс в двух составленных им каталогах повторил ее слово в слово [3]. Н.И. Чепурнов в своих каталогах указывает ту же дату учреждения медали, но сообщает дополнительно, что она “предназначалась для награждения офицеров и нижних чинов флотских экипажей – от матроса до гардемарина, состоявших на действительной службе ко дню празднования юбилея этой знаменательной победы”, носилась на андреевской ленте и “офицерам <…> была выдана с золотой плоской, ажурной цепочкой, натянутой двумя концами поверх <…> ленты от нижнего угла колодки к верхним, в виде латинской буквы “V”. Нижним чинам медаль была выдана без цепочки” [4].

В действительности рисунок медали в память 200-летия Гангутской победы был Высочайше утвержден 28 ноября 1913 г., а Положение о порядке награждения ею – 7 июля 1914 г. [5] Согласно Положению, право ношения этой медали предоставлялось всем состоявшим на службе к 27 июля 1914 г. (день юбилея) чинам Морского ведомства и воинских частей, принимавших участие в Гангутской битве, а также всем прямым потомкам мужского пола адмиралов, генералов и командиров отдельных частей, участвовавших в этом бою. Право ношения медали было предоставлено также всем прежде служившим в Морском ведомстве и упомянутых воинских частях адмиралам, генералам, штаб и обер-офицерам, медицинским и гражданским чинам и священнослужителям. Корабельным гардемаринам, кондукторам флота, юнкера флота, воспитанникам военно-морских учебных заведений и школ, а также нижним чинам флота и Военного ведомства медаль должна была выдаваться, а все остальные лица приобретали ее за свой счет. Право ношения медали для лиц, находившихся на службе, удостоверялось послужными списками и приказами по части, остальным из Главного Морского Штаба выдавалось особое свидетельство. Относительно цепочки, имевшейся поверх ленты, в Положении говорилось, что изготавливалась она из светлой бронзы и предназначалась лишь “для офицерских и медицинских чинов, военно-морских и военных чиновников и священнослужителей”. Первоначально ношение медали с цепочкой не предусматривалось, оно было введено в результате отдельного доклада Морского Министра, состоявшегося в день утверждения Положения о медали – 7 июля 1914 г. – “ввиду того, что нагрудные медали, жалованные ИМПЕРАТОРОМ ПЕТРОМ ПЕРВЫМ офицерам – участникам Гангутского боя, носились на золотых цепях, а также принимая во внимание, что <…> Гангутская медаль по наружному своему лицевому виду и цвету ленты очень сходна с медалью, установленною в память 200-летия Полтавской победы” [6].

Обращает на себя внимание то, что это Положение было опубликовано лишь через восемь месяцев после утверждения. Чем же был вызван этот, столь значительный временной разрыв? Ответ на этот вопрос дают документы, хранящиеся в Российском Государственном архиве Военно-морского флота.

Указанная в приказе по Морскому ведомству дата утверждения Положения о порядке награждения медалью в память 200-летия Гангутской победы является на самом деле только датой учреждения медали. Что же касается самого Положения, то текст утвержденного 7 июля 1914 г. документа значительно отличался от того, который был обнародован 28 февраля 1915 г.

Первоначально в число лиц, получивших право на ношение медали, были включены официальные представители на планировавшихся торжествах и все лица, принимавшие “видное участие в разработке вопросов по устройству юбилейных празднеств 200-летия Гангутской победы”. Все состоявшие в день юбилея на службе в Морском ведомстве и тех воинских частях, которые принимали участие в Гангутской битве, вне зависимости от чина должны были получить медаль бесплатно вместе с наградным свидетельством [7].

Изменения в Положение о юбилейной медали заставили внести чрезвычайные обстоятельства. Для проведения предварительной репетиции парада требовалось к 23 июля 1914 г. сосредоточить весь Балтийский флот на Гангутском рейде и откомандировать туда же депутации от четырнадцати полков. В момент, когда война уже стояла на пороге, осуществление этих мероприятий сочли невозможным и 14 июля 1914 г. празднования были отложены на год [8]. Спустя семь месяцев, 22 февраля 1915 г., последовал очередной доклад на Высочайшее имя по поводу отложенных юбилейных торжеств. Любопытна основная причина, по которой Морское ведомство решило побеспокоить Императора: к 31 марта 1915 г. должен был быть закрыт кредит, отпущенный на расходы по организации празднования. В этом докладе предлагалось нагрудные медали передать в части и на флоты для выдачи нижним чинам в день рождения Императора Петра I, 30 мая 1915 г., а офицерским, медицинским чинам и военно-морским и военным чиновникам, подлежащим награждению этой медалью, предоставить право приобрести ее за свой счет. По этому докладу 23 февраля 1915 г. последовало Высочайшее повеление, которым торжества были вовсе отменены, а о нагрудных медалях было сказано: “Нижним чинам флота и сухопутного ведомства раздать после войны тем частям и в том составе, который предполагался быть награжденным в день празднования юбилея <…> То же и для офицеров, но теперь же” [9]

Утвержденное и опубликованное Положение сразу же стали дополнять, в результате чего круг лиц, которым предоставлялось право ношения медали, стал понемногу расширяться. Так, 27 апреля 1915 г. по совместному докладу Морского Министра и Начальника Главного Морского Штаба оно было предоставлено всем членам Совета Министров, состоявшим в этих должностях в день юбилея, лицам, которых предполагалось пригласить на торжества в качестве официальных представителей от ведомств, а также тем, кто во время торжеств на Гангутском рейде должен был находиться на императорских яхтах “Штандарт” и “Александрия” [10] В числе последних оказались фрейлины баронесса Буксгевден, графиня Гендрикова и А.А.Вырубова, гувернер Наследника Цесаревича Жильяр, лекарский помощник Поляков, фотограф Его Императорского Величества Ягельский и два его помощника [11]. Потребовался специальный доклад Морского Министра 9 июня 1915 г. для того, чтобы право ношения медали получили Императрицы Александра Федоровна и Мария Федоровна, Великие Княжны Ольга Николаевна, Татьяна Николаевна, Мария Николаевна и Анастасия Николаевна, Великие Княгини Ксения Александровна, Ольга Александровна и Виктория Федоровна, Королева Эллинов Ольга Константиновна и Великий Князь Дмитрий Константинович. Не совсем понятно, зачем потребовалось усложнять процедуру их награждения, ведь присутствие всех этих особ на юбилейных торжествах планировалось, а двое последних к тому же состояли во флоте и в Морском ведомстве [12]. Медали для них в шагреневых футлярах были по распоряжению Морского Министра заказаны за счет Главного Морского Штаба ювелирной фирме Д.И.Осипова и обошлись 4 рубля за штуку [13]. Удивительно, но документов о получении этой медали Императором и Наследником Цесаревичем в деле не имеется.

В числе лиц, которых предполагалось пригласить на торжества были намечены также Морские Агенты союзных держав – Англии и Франции – капитаны 2-го ранга Гренфелль и Галло, вдобавок оказавшие Морскому ведомству какое-то содействие при сборе архивных материалов по истории Гангутской операции. Право ношения медали было исходатайствовано им отдельным докладом по Главному Морскому Штабу 26 апреля 1915 г. [14] Это событие имело продолжение, имевшее анекдотический характер. О награждении медалью стал ходатайствовать японский Морской Агент капитан 2-го ранга Сузуки. Он писал в Главный Морской Штаб: “это будет большою радостью для меня, всегда от всей души желающего непоколебимых успехов Вашим флоту и армии в этой великой войне” [15]. Короче говоря, оснований для награждения нет никаких, но получить медаль очень хочется. Тем не менее, 18 мая 1915 г. по докладу Морского Министра его ходатайство было удовлетворено [16]

2 мая 1915 г. в Главный Морской Штаб обратился с рапортом Командир Роты Дворцовых Гренадер, в нем он просил выдать свидетельства на право ношения медали чинам роты на том основании, что “Дворцовые Гренадеры, не выходя до смерти в отставку, являются представителями и видимыми носителями ВЫСОЧАЙШЕ пожалованных отличий всей Великой Русской Армии и Флота” [17]. Это ходатайство было поддержано как Морским Министром [18], так и Министром Императорского Двора [19], и 27 июля 1915 г. просьба была удовлетворена [20].

Кроме того, право ношения медали получили некоторые чины управления Финляндского Генеравл-Губернатора (3 августа 1915 г.) [21], исправляющий должность Штаб-офицера для поручений при Министре Статс-Секретаре Великого Княжества Финляндского (15 сентября 1915 г.) [22], Начальник отдела по устройству и службе войск Главного управления Генерального Штаба “под непосредственным руководством коего производились все подготовительные по Военному ведомству работы по организации празднования Гангутской победы” (11 июля 1916 г.) [23].

Не следует, однако, полагать, что все запросы на получение права ношения юбилейной медали тут же удовлетворялись. Резкую отповедь Морского Министра вызвало ходатайство командира линейного корабля “Гангут” о разрешении ношения медали всем офицерам, прослужившим на этом корабле не менее двух лет: “в память плаваний на кораблях можно установить только жетоны, кольца и т.п., а не ВЫСОЧАЙШЕ утвержденная медаль для ношения на груди” [24]. Были отклонены ходатайства Начальника архива Морского Министерства о награждении вольнонаемных лиц, принимавших участие в издании сборника “Материалы для истории Гангутской операции” [25], исполняющего должность Коменданта Кронштадтской крепости о награждении чинов штаба этой крепости [26], Начальника Монетного Двора о награждении лиц, принимавших непосредственное участие в изготовлении рублей, плакет и нагрудных медалей [27], а медальер П.Г.Стадницкий, изготовивший их штемпеля сумел добиться права ношения юбилейной медали лишь после многочисленных обращений в различные инстанции [28] 23 мая 1916 г. [29].

4 октября 1914 г. Главный Морской Штаб сообщил Петроградскому Монетному Двору, что юбилейные плакеты, медали и рубли желательно оставить там «впредь до особых указаний» [30].

21 февраля 1915 г. медали были переданы представителю Главного Морского Штаба [31].

20 марта 915 г. 34500 медалей были отправлены в распоряжение Главного Штаба для выдачи после окончания войны нижним чинам частей войск, принимавших участие в Гангутском сражении [32].

27 марта 1915 г. две медали были отправлены для хранения в Морском музее [33].

31 марта 1915 г. по просьбе Начальника Морского Инженерного Училища Императора Николая I ему были отправлены 156 медалей для выдачи гардемаринам и нижним чинам училища [34]. 1 апреля 460 медалей были отправлены Директору Морского Его Императорского Высочества Наследника Цесаревича Корпуса «для выдачи гардемаринам, кондукторам и нижним чинам <…> Корпуса, состоящим на действительной службе к 27 июля 1914 г.» [35]. Однако уже 8 апреля начальники обоих учебных заведений были поставлены в известность, что кондукторам и нижним чинам медали должны быть выданы по окончании войны [36]. 3 апреля 1915 г. были отправлены 54 медали для гардемарин, обучавшихся в Отдельных Гардемаринских классах [37]. 8 мая Начальник Морского Инженерного Училища затребовал в Главном Морском Штабе еще 3 медали «для гардемарин флота по механической части: Павла Десятова, Михаила Сергеева и Августа Кальберга, которые не попали в предыдущий список, но имеют право на медаль <…>» [38]; медали были высланы 12 мая [39]. Таким образом, в эти учебные заведения было отослано 673 медали, из которых выдано 446: в Морском Инженерном Училище выдано 114 медалей и 45 оставлены до конца войны [40], в Морском Корпусе, как донес его Начальник 18 апреля 1915 г., выдана 201, оставлено до конца войны 128 и 131 медаль возвращена в Главный Морской Штаб для выдачи бывшим гардемаринам, произведенным к тому времени в мичманы флота [41], в Отдельных Гардемаринских классах выданы все отправленные туда 54 медали.

1 апреля 1915 г. по рапорту Начальника Военно-исправительной тюрьмы Морского ведомства ему были отосланы 29 медалей для состоявших под его командой кондукторов и нижних чинов с оговоркой о «выдаче таковых медалей по принадлежности по окончании военных действий» [42].

1 июля 1915 г. были отправлены 65 медалей для выдачи нижним чинам яхты «Стрела» и 76 – яхты «Нева» [43], однако уже 4 июня командир «Стрелы» возвратил медали в Главный Морской Штаб [44], а вот на «Неве» их успели раздать, о чем и сообщили в Распорядительное Строевое Отделение 3 июня [45].

Генерал-адьютантом Ниловым 28 апреля 1915 г. была отослана Григоровичу собственноручная записка Императора, где были перечислены лица, которых следовало наградить медалью: «Министр Двора, Воейков, кн[язь] Орлов, Дрентельн, Нарышкин, гр[аф] Бенкендорф, кн[язь] Долгоруков, Боткин, докт[ор] Деревенко, Тетерятников» [46]. В тот же день Григорович распорядился приобрести и отослать медали перечисленным в записке лицам, приписав в конце: «Больше никому при дворе не посылать» [47]. В написанном собственноручно распоряжении Григоровича содержится какая-то оговорка в отношении камердинера Императора Тетерятникова, разобрать которую не удалось, поскольку Григорович обладал весьма своеобразным почерком.. Следующим днем, 29 апреля, датированы письма, вместе с которыми медали и свидетельства к ним были отправлены всем перечисленным в записке Императора лицам, кроме В.Б.Фредерикса, который получил ее в числе четырнадцати членов Совета Министров [48] и Тетерятникова [49]. Кроме министров медали были отправлены Начальнику Главного Штаба, Генерал-квартирмейстеру при Верховном Главнокомандующем, Начальнику штаба Верховного Главнокомандующего и Финляндскому Генерал-губернатору [50].

29 апреля 1915 г. Распорядительное Строевое Отделение Главного Морского Штаба препроводило в Отделение Общих Дел три счета Д.И.Осипова на общую сумму 46 рублей [51]. Таким образом, при стоимости одной медали 2 рубля заказ составил 23 штуки. Если вычесть из этого числа десять медалей, отправленных министрам, две – в штаб Верховного Главнокомандующего и две – Начальнику Главного Штаба и Финляндскому Генерал-губернатору, то на долю придворных остается девять медалей. Следовательно Тетерятников медаль получил (никто бы не смог ослушаться Высочайшего повеления), а оговорка Григоровича скорее всего касалась способа передачи ему медали и свидетельства; по-видимому Морскому Министру просто не хотелось вступать в переписку с камердинером, хотя бы и царским, а тем более свидетельствовать ему свое «совершенное почтение» как остальным придворным [52]. 10 июля 1914 г. фабрикой Д.И.Осипова представлен счет на 10 руб. за 5 вызолоченных бронзовых медалей [53]. Одна из этих медалей была на следующий день отправлена Великому Князю Николаю Николаевичу [54]. 22 ноября поступил счет на 2 руб. за изготовление 1 медали, заказанной капитаном 1-го ранга Поповым для Морского музея [55]. 18 мая 1915 г. был представлен к оплате счет на сумму 22 руб., то есть за изготовление 11 медалей [56]. 13 июня 1915 г. в Отделение Общих Дел Главного Морского Штаба поступил счет на сумму 44 руб. за изготовление 11 медалей для высочайших особ [57].

23 мая 1915 г. медаль была отправлена японскому Морскому Агенту капитану 2-го ранга Судзуки [58]. По всей видимости медали были также оправлены британскому и французскому Морским Агентам.

Две медали были отправлены 4 марта 1915 г. капитанам 2-го ранга Вилькицкому и Новопашенному [59].

Наибольший номер свидетельства – 9023[60].

--------------------------------------------------------------------------------

[1] Каталог отечественных орденов, медалей и нагрудных знаков / Сост. Е.Н.Шевелева. – Л.:АИМ, 1962. С. 102.

[2] Русский инвалид. 1914, 10 июля (см. указ. соч. С. 329).

[3] Петерс Д.И. Наградные медали России XIX – начала XX веков: Каталог. – М., 1989. С. 180; Он же. . Наградные медали Российской Империи XIX–XX веков: Каталог. – М., 1996. С. 274.

[4] Чепурнов Н.И. Российские наградные медали, Ч. 6. Кн. 1. – Чебоксары: “Графо”, 1995. С. 458; Он же. Наградные медали Государства Российского. Энциклопедическое иллюстрированное издание. – М.: Русскiй мiръ, 2000. С. 600-601.

[5] РГАВМФ. Ф. 417. Оп. 2. Д. 1772. Л. 277; Приказ по Морскому ведомству 28 февраля 1915 г. № 98.

[6] РГАВМФ. Ф. 417. Оп. 2. Д. 1970. Л. 76 и об.

[7] РГАВМФ. Ф. 417. Оп. 2. Д. 2134. Л. 107-108. Машинописная копия, на первой странице вверху помета: “Изменено”.

[8] РГАВМФ. Ф. 417. Оп. 2. Д. 1970. Л. 119.

[9] РГАВМФ. Ф. 417. Оп. 2. Д. 1969. Л. 34 и об.

[10] РГАВМФ. Ф. 417. Оп. 2. Д. 2134. Л. 115 и об.

[11] Там же. Л. 119 и об.

[12] Там же. Л. 213 и об.

[13] Там же. Л. 216.

[14] Там же. Л. 90.

[15] РГАВМФ. Ф. 417. Оп. 2. Д. 1969. Л. 301.

[16] РГАВМФ. Ф. 417. Оп. 2. Д. 2134. Л. 142 и об.

[17] Там же. Л. 102.

[18] Там же. Л. 135.

[19] Там же. Л. 186.

[20] Там же. Л. 251.

[21] Там же. Л. 256 и об.

[22] Там же. Л. 285.

[23] РГАВМФ. Ф. 417. Оп. 2. Д. 2320. Л. 65 и об.

[24] РГАВМФ. Ф. 417. Оп. 2. Д. 2199. Л. 79.

[25] РГАВМФ. Ф. 417. Оп. 2. Д. 2134. Л. 39.

[26] Там же. Л.240, 245.

[27] Там же. Л. 350.

[28] РГАВМФ. Ф. 417. Оп. 2. Д. 2134. Л. 244, 252, 253; РГАВМФ. Ф. 417. Оп. 2. Д.2199. Л. 45, 46.

[29] РГАВМФ. Ф. 417. Оп. 2. Д. 2320. Л. 47.

[30] РГАВМФ. Ф. 417. Оп. 2. Д. 1970. Л. 171.

[31] Там же. Л.32.

[32] Там же. Л. 145.

[33] Там же. Л.151.

[34] РГАВМФ. Ф. 417. Оп. 2. Д. 2134. Л. 5, 6.

[35] Там же. Л. 12.

[36] Там же. Л.34, 35.

[37] Там же. Л. 20, 21.

[38] Там же. Л. 120

[39] Там же. Л. 125.

[40] Там же. Л. 6.

[41] Там же. Л.70.

[42] Там же. Л. 13, 14.

[43] Там же. Л. 88-91 об.

[44] Там же. Л. 196.

[45] Там же. Л.195.

[46] Там же. Л. 91, 93.

[47] Там же. Л. 92.

[48] Там же. Л. 89 и об.

[49] Там же. Л. 94.

[50] Там же. Л. 174-177.

[51] Там же. Л. 95.

[52] Там же. Л. 94.

[53] РГАВМФ. Ф. 417. Оп. 2. Д. 1970. Л. 84.

[54] Там же. Л. 100.

[55] Там же. Л. 174.

[56] РГАВМФ. Ф. 417. Оп. 2. Д. 2134. Л. 141.

[57] Там же. Л. 216.

[58] РГАВМФ. Ф. 417. Оп. 2. Д. 1970. Л. 300а.

[59] РГАВМФ. Ф. 417. Оп. 2. Д. 1970. Л. 42.

[60] РГАВМФ. Ф. 417. Оп. 2. Д. 2134. Л.374.





    1. Орден Святого Александра.  
    2. Орден Святого Георгия.
    3. Орден Святого Владимира.
    4. Российские ордена в царствование Павла I
    5. Главная солдатская награда. 
    6. "Награды за службу и выслугу"
    7. "История одного заблуждения" (атрибуция "шефской" медали 1843 г)
    8. "Суета вокруг портретов" ( медаль "В память 100- летия Московского университета)
    9. "Вот такой анекдот" (сказ о том, как киевские полицейские трех министров озадачили)
    10. Заметки о медали за бой при Чемульпо.
    11. Учреждение, изготовления и выдача медали в память похода эскадры Рожественского.
    12. Медаль в память русско-японской войны, история учреждения.
    13. "Под покровом легенд и мифов" (некоторые вопросы награждений за Русско - японскую войну)
    14. "Из различных источников"
    15. К истории учреждения медали «За особые воинские заслуги»
    16. "Награды Романовского юбилея" (Награды учрежденные к 300 летию Дома Романовых в 1913 г.)
    17. "К истории учреждения медали в память двухсотлетия Гангутской победы"
    18. "Чеканка Георгиевских крестов и медалей из желтого и белого металлов" (на С-Пб МД в 1917 году)
    19. "По закону воинской чести" (к истории поощрений за спасение боевых знамен)
    20. "Ордена корнета Оболенского" ("из песни слова не выкинешь" ....)
    21. "Хотели как лучше, а получилось как всегда" ( к утверждению в 2000 году ордена Св. Георгия)






    Рекомендовать друзьям: